Голосование

Хотели бы вы пойти с нами в поход?
 

 

Яндекс.Погода
Главная Наши работы Ошворская трагедия - Приложение №12
Индекс материала
Ошворская трагедия
Предпосылки
Ошворская драма
Жертвы Ошворской драмы
Увековечивание памяти
Выводы
Список литературы
Приложение №1
Приложение №2
Приложение №3
Приложение №4
Приложение №5
Приложение №6
Приложение №7
Приложение №8
Приложение №9
Приложение №10
Приложение №11
Приложение №12
Приложение №13
Все страницы

Приложение №12

И. Волков в книге «Революции опричник» в 1956 году пишет следующее: «Рассказы об Ошворском побоище я слышал от участников боя, например, от комсомольца Мефодия Войцеховского работавшего потом мотористом Обдорской радиостанции, и от лиц, не бывших свидетелями события, но тоже эвакуированных за Урал. К сожалению, отрывочные записки этих рассказов были мною утеряны еще в 1924–25 г. г. , а беспощадное время стерло из памяти многое из того, что когда–то прошло через сердце, но не закрепилось, поскольку не было пережито лично. Да и тогда, в 1921 году, у меня не составилось цельной картины происшедшего в Ошворе. Рассказы передавались из вторых и третьих рук, обрастали домыслами и доводами рассказчиков, варьировались по–разному. А потом, через десятки лет я уже не мог припомнить ни детали этого события, ни его участников, хотя одно время пытался написать о нем рассказ или повесть. Только сейчас, в 1956 году, получив от Салехардского писателя Истомина черновую запись рассказов об Ошворе, сделанную им со слов М. Войцеховского, Ир. Дьячковой, Анд. Сметанина, Копшаева и других участников отступления наших отрядов за Урал, я смог припомнить многое из когда–то слышанного и записанного. Привожу эту запись, поскольку большинство подробностей, упоминаемых в ней, подтверждаются моей памятью».

Это в подтверждение того, что многие факты событий Ошворской трагедии были искажены.

Михаил Хорохорин в 1958 году корректировал рассказы И.Волкова: «Стр. 69. Описание Ошворских событий содержит много неточностей, вымысла и ошибок.

Наши отряды из Обдорска за Урал вышли одновременно. Впереди шли разведка, боеспособные отряды, потом беженцы, госпиталь (У нас один госпиталь и один лазарет), затем опять боеспособные отряды. Количество красноармейцев (100), указано неправильно, их было больше 400-500. Трудности перевала через Урал относятся не к отряду Сосунова, коего существовало как отдельной единицы, а ко всем нашим отрядам, отходящим за Урал. (с.69).

Все три члена Тобсеввоенревкома: Сосунов, Хорохорин, и Сирота во главе в какой-то мере вооруженных и боеспособных отрядов, оказались впереди всех, в селах Абезь и Петруни, а позади их по всей верхней Усе застряли группы эвакуированных, безоружных и лишенных средств передвижения».

Стр. 92. «При отступлении из Обдорска он был командиром взвода (Сергеенко М.Х.) комсомольского отряда и оказался во главе Ошворского отряда лишь вследствие преступной беспечности наших начальников в лице Сосунова, Сироты, Туркеля (о роли последнего может ошибаюсь), бросивших на произвол судьбы в горном проходе - беззащитную, почти обезоруженную не имевшую ни военного опыта, ни средств передвижения неорганизованную группу из полуподростков 16-17 лет. стариков и женщин». Здесь много надуманного и искажено. Сироты, как уже отмечал среди нас не было.

Хорохорин и Сосунов не оказались впереди всех как пишите Вы, в чем странного ничего не было, если был это было так, так как бандиты были впереди наших отрядов. На самом деле впереди двигались боеспособные отряды (относительно боеспособные, ибо 3-х линейных винтовок было мало и очень мало патронов), затем беженцы и госпиталь, прикрываемые нашими отрядами.

Вскоре началась распутица, транспорты едва тащились по талому снегу и льду. Большинство оленей пало, в упряжках вместо 2 и 4 оленей нередко оставалось по одному. Уцелевшие олени истощены и едва стояли на ногах. Они уже несколько дней не видели корма. Люди идут пешком по колено в ледяной воде. У нас были женщины, старики, больные и раненые. И все они должны помогать оленям тащить груз или седоков. Транспорты растянулись на десятки километров. Связь поддерживать с ними невозможно, хотя мы и пытаемся это сделать.

В ближайшей зимовке берем несколько собак, но это нам мало помогает. Нам нужны свежие тысячи оленей и сотни собак, но их достать здесь на дороге по р. Усу невозможно. Некоторые упряжки остаются без оленей. Организуется помощь для подтягивания отстающих обозов. Я шел, как и все мужчины и многие женщины, вместе со всеми по колено в воде.

В такой обстановке и была оставлена небольшая группа беженцев в д. Ошвор, т. к. У них пали олени и ехать дальше было не на чем. Для их охраны оставлено полутораста под командой Сергеенко. Нужно ли и можно ли оставить для охраны беженцев больше бойцов, чем это было сделано? Если учесть, что кроме группы людей, оставшихся в д. Ошвор, у нас были больные и раненые и более 500 беженцев, станет ясно, что командование поступило правильно и целесообразно.

Странным выглядит утверждение, что отряд Сергеенко был почти не вооружен, а бойцы почти все были мальчики. Отряд Сергеенко был вооружен так же, как и все наши отряды, не лучше и не хуже, а наши отряды были плохо вооружены.

Автор сам себя противоречит, когда в одном месте пишет, что «половину отряда, составляли комсомольцы Обдорского отряда внутренней охраны, в том числе девушки и старики (с. 70), а в другом приводит список лиц, погибших в Ошворе (с. 79-80), где названы в большинстве люди среднего и старшего возраста, неоднократно участвовавшие в боях: Сергеенко - 25 л. /Попов/20 л. /, Домник / 45 лет/, Карпов/25 л. /, Мунарев 24 г., красноармейцы; Кобакин, Худяков и Долганов и др. Многие из них - члены партии большевиков. То, что в отряде Сергеенко были комсомольцы в возрасте 17-18 лет не можем характеризовать отряд только с отрицательной стороны. Наоборот, это является положительным моментом. Известно, что лица мужского пола, достигшие 18 лет, призывались в Красную Армию. Нельзя считать и командира отряда Сергеенко, 26 л. слабым и беспомощным, как об этом написано с. 92. Сергеенко принимал участие в борьбе с бандитизмом несколько месяцев и приобрел известный опыт, о чем свидетельствует следующее: «Сергеенко, чтобы обезопасить лагерь от внезапного нападения, в сторону перевала послал разведку». Но разведчики оказались предателями.

Стр. 78 и 7. Это вариант больше похож на правду, чем другие варианты, хотя они и привлекают своим героизмом, но так же нуждается в уточнении. Отряд высланный по моему приказанию в Ошвор для преследования бандитов, уже не застал их там. Наш отряд кроме первого задания должен был произвести разведку о местонахождении бандитов, что он и сделал. Был обнаружен транспорт под охраной небольшого числа бандитов. Этот транспорт, как я помню, был захвачен нашим отрядом. Сколько при этом было убито бандитов - не помню. Кто был назначен командиром отряда, направленного для преследования бандитов в д. Ошвор, не помню. Наш отряд прибыл в д. Ошвор не через 10 дней, как сказано на стр. 78, а раньше, не позже как через 4 дня после набега бандитов. Уместнее называть события в Ошворах не побоищем, а просто расправой или подобным синонимом.

Стр. 81 «Особенно активно действовал Сосунов с бывшим отрядом лыжников. Он носился на пароходике, вооруженным двумя пулеметами. «Кольта» по Усе и ее притокам, безжалостно уничтожая гнезда повстанцев. Местные мятежники трепетали от одного упоминания его имени и прозвали его «Красный каратель».

Это изложение представляет сплошной вымысел. Действительно наши отряды сказали местным властям известную помощь в борьбе с бандитизмом в Печерском крае. Сам факт пребывания наших отрядов в течение апреля-июня на территории Печорского уезда оказался сдерживающим фактором. Бандиты действовали мелкими шайками и больших операций по близости от нас не предпринимали. Наши отряды получали оперативные задания от меня. Сосунов особого участия в этой борьбе не принимал, хотя на пароходе по Усе и путешествовал.

С Сосуновым как членом военревкома я работал в контакте, однако произошел следующий случай. С наступлением навигации и получением подкрепления оружием и боеприпасами от Печерского уездвоенкома мы стали готовиться к походу на Тобольский Север. Сосунов предложил идти в Обдорск по старой дороге, по которой мы пришли на Усу или несколько севернее ее. Возникли другие варианты: идти через Урал южнее, использовать течение рек и выйти к Березову. Нужно было решить, как быть с ранеными, больными женщинами и детьми.

Для решения этого вопроса мы решили созвать совещание с участием командиров, политработников и партийно-комсомольского актива. Совещание высказалось за поход новыми более южными путями через Печору, Шугор, Сосьву и т.д. Всех непригодных к походу, а также и женщин решили эвакуировать более доступными и безопасными путями. Однажды, недели за две до нашего выступления в поход мне доложили, что Сосунов взял человек 30 из Обдорского отряда, радиоприемник, а с ним Михайлова и Донскова и уехал неизвестно куда.

/М. Хорохорин/
«__» марта 1958 г.
г. Москва